Даниил Хармс всегда считал себя настоящим гением. И в глубине души был уверен, что рано или поздно это поймут все. Но издательства упорно возвращали его рукописи, а редакторы лишь качали головами. Его тексты казались им слишком странными, слишком дерзкими, слишком не такими, как надо.
Он жил в Ленинграде тридцатых годов, носил яркие галстуки и модные пальто, курил длинные папиросы и любил производить впечатление. Женщины его притягивали, как магнит. Он умел красиво ухаживать, говорить неожиданные комплименты, устраивать театральные сцены под фонарями набережных. Но почти всегда всё заканчивалось недопониманием. Они хотели чего-то понятного и надёжного, а он предлагал хаос, игру и абсурд.
Денег в доме почти никогда не водилось. Иногда удавалось получить аванс за стихи для детских журналов «Чиж» или «Еж», иногда помогали друзья. Остальное время он существовал в каком-то удивительном пограничном состоянии - между нищетой и гордостью, между реальностью и выдуманным миром, который был ему гораздо ближе. В его комнате на Надеждинской улице пахло старыми книгами, табаком и чем-то неуловимо тревожным. На столе всегда лежали исписанные листки, а на подоконнике стояла пустая бутылка из-под вина.
Хармс любил бродить по городу ночью. Шёл по пустым улицам, поднимался на крыши, смотрел вниз на фонари и трамваи, которые казались ему игрушечными. В такие минуты он чувствовал себя свободнее всего. Там, наверху, не было редакторов, не было отказов, не было нужды объяснять, зачем он пишет именно так, а не иначе. Но утром приходилось спускаться обратно. И снова начиналась обычная жизнь: попытки напечататься, ссоры с близкими, долги, новые увлечения и новые разочарования.
Он постоянно воевал. С самим собой - потому что внутри него жили одновременно восторг и отчаяние. С окружающим миром - потому что этот мир требовал от него того, чего он дать не мог и не хотел. С временем - потому что время шло своим чередом, а он упрямо жил по своим законам. В его рассказах и стихах всё переворачивалось с ног на голову: люди падали из окон, старушки умирали от любопытства, а обыкновенные предметы вдруг начинали вести себя непредсказуемо.
Иногда казалось, что он вот-вот сломается. Слишком много давления вокруг. Слишком мало возможностей дышать свободно. Слишком сильное желание творить - и слишком мало мест, где это можно было делать без оглядки. Но каждый раз, когда всё становилось совсем невыносимо, он садился за стол, брал перо и начинал писать. И в этих строчках рождалось что-то удивительное - лёгкое, злое, нежное и совершенно ни на что не похожее.
Так и жил Даниил Хармс - человек, который бросил вызов всему сразу. И хотя мир вокруг него чаще всего побеждал, в его текстах он всё равно оставался непобеждённым.
Читать далее...
Всего отзывов
14